стве и в противуположность раздроблению Христа на личности и произвольно-личному толкованию Библии в протестантизме - таков широкий смысл малой по объему и великой по содержа..
Темой разговоров неизменно служил Уил. Хэла трогала привязанность стариков к их единственному сыну; они могли без кон..
Только зачем вы написали это ужасное слово: "прискорбие"? Je ne puis pas souffrir се mot. Mettez (Я не переношу этого слова...
Еремеевна. Да поучись хоть немножечко. Митрофан. Ну, еще слово молви, стара хрычовка! уж я те отделаю! Я опять нажалуюсь матушке, так она тебе изволит дать таску по-вчерашнему. Скотинин. Подойди сюда, дружочек. Еремеевна. Изволь подойти к дядюшке. Митрофан. Здорово, дядюшка! Что ты так ощетиниться изволил? Скотинин. Митрофан! Гляди на меня прямее. Еремеевна. Погляди, батюшка. Митрофан (Еремеевне). Да дядюшка что за невидальщина? Что ты на нем увидишь? Скотинин. Еще раз: гляди на меня прямее. Еремеевна. Да не гневи дядюшку. Вон, изволь посмотреть, батюшка, как он глазки-то вытаращил, и ты свои изволь так же вытаращить.
Скотинин и Митрофан, выпуча глаза, друг на друга смотрят.
Милон. Вот изрядное объяснение! Правдин. Чем-то оно кончится? Скотинин. Митрофан! Ты теперь от смерти на волоску. Скажи всю правду; если б я греха не побоялся, я бы те, не говоря еще ни слова, за ноги, да об угол. Да не хочу губить души, не найдя виноватого. Еремеевна (задрожала). Ах, уходит он его! Куда моей голове деваться? Митрофан. Что ты, дядюшка? белены объелся? Да я знать не знаю, за что ты на меня вскинуться изволил. Скотинин. Смотри ж, не отпирайся, чтоб я всердцах с одного разу не вышиб из тебя духу. Тут уж руки не подставишь. Мой грех. Виноват богу и государю. Смотри, не клепли же и на себя, чтоб напрасных побой не принять. Еремеевна. Избави бог напраслины! Скотинин. Хочешь ли ты жениться? Митрофан (разнежась). Уж давно, дядюшка, берет охота... Скотинин (бросаясь на Митрофана). Ах ты чушка проклятая!.. Правдин (не допуская Скотинина). Господин Скотинин! Рукам воли не давай. Митрофан. Мамушка! заслони меня. Еремеевна (заслоняя Митрофана, остервенясь и подняв кулаки). Издохну на месте, а дитя не выдам. Сунься, сударь, только изволь сунуться. Я те бельмы-то выцарапаю. Скотинин (задрожав и грозя, отходит). Я вас доеду. Еремеевна (задрожав, вслед). У меня и свои зацепы востры! Митрофан (вслед Скотинину). Убирайся, дядюшка; проваливай.
ЯВЛЕНИЕ V
Те же и оба Простаковы
Г-жа Простакова (мужу, идучи). Тут перевирать нечего. Весь век, сударь, ходишь, развеся уши. Простаков. Да он сам с Правдиным из глаз у меня сгиб да пропал. Я чем виноват? Г-жа Простакова (к Милону). А! мой батюшка! Господин офицер! Я вас теперь искала по всей деревне; мужа с ног сбила, чтоб принести вам, батюшка, нижайшее благодарение за добрую команду. Милон. За что, сударыня? Г-жа Простакова. Как за что, мой батюшка! Солдаты такие добрые. До сих пор волоска никто не тронул. Не прогневайся, мой батюшка, что урод мой вас прозевал. Отроду никого угостить не смыслит. Уж так рохлею родился, мой батюшка. Милон. Я нимало не пеняю, сударыня. Г-жа Простакова. На него, мой батюшка, находит такой, по-здешнему сказать, столбняк.
... Да и спят они помногу. И для того чтобы подруга его могла свободно раскинуться во сне, он ложится на пол, укутавшись в старый, неразличимо выцветший флаг. Однако им, даже уснув, нужно касаться друг друга, поэтому она свешивает руку с кровати. Он берет ее в свои; а иногда она дает ему не руку, а голую ногу, но все равно он сжимает ее и ставит себе на сердце.
И все их ночи проходят именно так, и никогда они не пресыщаются и не скучают. Он неизменно стремителен и бесстрашен, она неизменно прелестна, свежа и благоуханна.
Но временами ей снится ужасный сон. И она рассказывает его своему возлюбленному:
- За дверью нашей комнаты я вижу широкую лестничную клетку. В центре - шестиугольная пустота, где нет ни верха ни низа. А по ступенькам, не имеющим начала, но, чудится мне, имеющим конец, спускаются, рядами по десять-двенадцать человек, мужчины и женщины. У них совершенно обнаженные тела - багрового цвета, как будто их озарило какое-то гигантское пожарище. И все эти мужчины и женщины сходят по лестнице в гробовом молчании.
- Но как по-твоему, они думают о чем-нибудь, страдают? - спрашивает возлюбленный.
- Нет, они ни о чем не говорят, не плачут, не улыбаются. Просто идут вниз по ступеням, ряд за рядом, держась очень прямо и с достоинством. И я не вижу ни конца, ни начала этому скопищу... Что же означает оно?
- А ты хоть раз выглядывала за дверь?
- Нет, никогда.
- Идем же, любовь моя!
В полумраке они встают с постели и идут к двери, которая легко растворяется. Они видят маленький холл, освещенный неоновой трубкой, и клетку лифта, все новенькое и блестящее. Еще там есть табличка со стрелкой:
Чердачное помещение
- Видишь, мы с тобой на последнем этаже небоскреба. Сюда никто никогда не поднимается. Прямо над нами крыша. С фальшивой террасой, балюстрадой, колоннами и фронтоном: в прежние времена была такая мода - украшать верхушки небоскребов в стиле одного из дворцов Короля-Солнце*. [* Так называли французского короля Людовика XIV]
